The Future Humanity

"Чудо", происходящее при соединении сперматозоида и яйцеклетки или чем мастурбация гуманнее аборотов.

Одной из трепещущих тем, вокруг которых не утихают горячие дебаты, является вопрос о запрете или разрешении абортов. Речь идет об убиении плода, находящегося в данный момент в материнской утробе. Парадокс этой проблемы заключается в том, что для того, чтобы кого-то убить, его необходимо как минимум сначала родить ибо смерть по самому своему значению противоположна родам и убийство нерожденных младенцев, логически представляет из себя довольно нетривиальную задачу.

Говоря проще,

Как можно убить того, кто еще не родился?

Небольшая справка из Wikipedia: Аборты полностью запрещены законом в таких странах как Никарагуа, Сальвадор, Мальта, Филиппины, Ватикан, Афганистане, Ангола, Бангладеш, Венесуэла, Гватемала, Гондурас, Египет, Индонезия, Ирак, Иран, Ирландия, Йемен, Колумбия, Ливан, Ливия, Мавритания, Мали, Непале ОАЭ, Оман, Парагвай, Папуа-Новая Гвинея и Сирия. В этих странах любой аборт считается убийством и карается соответственно даже и в тех случаях, когда женщина нуждается в аборте по медицинским причинам и без последнего ей грозит смерть. В ряде стран (Алжире, Аргентине, Боливии, Бразилии, Гане, Кении, Коста-Рике, Марокко, Мексике, Нигерии, Пакистане, Перу, Польше, Уругвае) аборт разрешен в крайних случаях. В Англии, Израиле, Индии, Исландии, Люксембурге, Финляндии, Японии он разрешен по медицинским и социально-экономическим показаниям, а также в случаях изнасилования. Лишь в горстке стран женщине предоставляется право самой решать вопрос относительно собственной беременности.

Сразу определимся с тем, как к абортам относится церковь. Так как последняя черпает информацию для своих суждений не из фактических проявлений окружающей действительности, а лишь из нескольких старых книжек, то даже сам факт наличия у нее мнения относительно абортов неизбежно должен быть привязан к некоей строфе святого писания. Как показывает многовековая практика выискивания крупиц смысла в толмудо-евангельских дебрях, аборт в них не упоминается и, соответственно, любые рассуждения на эту тему церковных деятелей исключительно умозрительны и преследуют лишь конъюнктурные цели данной конфессии.

С другой стороны, совершенно понятно почему церковь в принципе против абортов. Каждый ребенок – это потенциальное прибавление паствы, поголовье которой является единственной мерой успешности церковной деятельности. Особенно это касается случаев, когда очередной ребенок рождается в уже многодетную семью, самим фактом своего появления уменьшая и без того невеликие шансы остального приплода получить образование и превратиться в нечто свободомыслящее. Отсутствие образования, как прямое следствие многодетности семей в свою очередь толкает людей в распростертое лоно религии. Таким образом аборт – это минус один член паствы и не надо долго ломать голову в поисках каких-либо других причин, по которым церковь не любит, когда женщины не рожают.

Вряд ли кто-либо станет в серьез возражать против того факта, что отношение противников абортов к проблеме определяется главным образом тем обстоятельством, что, начиная с определенной стадии своего развития, плод начинает принимать легко узнаваемые формы. Обратим внимание на то, что напоминай он в этот момент противного старичка или будь у него три ноги или четыре глаза, вряд у нес были бы какие-то проблемы с абортами. Однако зародыш на экране эхографа предательски мил и неизбежно запускает характерный набор субъективных эмоций: ну как-же можно убить его, такого похожего на маленького человечка, пусть даже он еще и не родился на свет?!

Интересно, что для того, чтобы не быть обвиненной в излишней сентиментальности, церковь обходит этот чувствительный момент, утверждая, что потомство становится равным перед богом, сразу же после зачатия, то есть, что существование в природе микроскопического сгустка слизи, по сложности строения значительно уступающего свернувшемуся где-то неподалеку глисту, так же важно, как и жизнь и здоровье взрослого человека, его матери. Подобному эмоциональному подходу к данной проблеме трудно противопоставить что-либо конструктивное, но мы все же попробуем.

Начнем с того очевидного факта, что отношение к тому, что находится в утробе беременной женщины, как к полноценному живому человеку, проистекает по большей части вследствие наличия у нас таких замечательных приборов как медицинские эхографы, с помощью которых делаются УЗИ. Именно этот прибор дает нам возможность заглянуть внутрь матки и увидеть в ней эмбрион, который в зависимости от времени, прошедшего с начала беременности, может быть более или менее похож на то, что ассоциируется у нас с образом человека. При этом, начиная с определенного момента, у него можно разглядеть ручки, ножки, головку и так далее. Наши предки, у которых еще не было такой техники, были гораздо менее склонны к сантиментам на тему чужой беременности. Они не могли увидеть то, что происходит там внутри и, соответственно, у них не запускалась эмоциональная рефлекторная дуга, в конце которой современным противникам беременности видится убийство.

Важное слово в этом контексте – "чужой", ибо борцы за жизнь эмбрионов, обсуждают процессы, происходящие внутри тела других, никак не связанных с ними людей, по какой-то причине уверенные, что это каким-то образом их касается. Что же заставляет этих добросердечных людей прийти к выводу о том, что они имеют право вмешиваться в физиологические процессы, происходящие в чужих организмах?

Рис 1. Этапы развития эмбриона у человека.

Если постараться хотя бы временно отбросить в сторону эмоции и взглянуть на цикл развития плода в целом (см рисунок выше), то встает один непростой, но абсолютно принципиальный вопрос:

С какого именно момента следует считать эмбрион не частью тела матери, а чем-то от неё независимым, имеющим свои собственные права на судебное решение относительно своего будущего?

Имеют ли части тела самостоятельные права? Может ли левая рука подать в суд на правую? В 21м веке скорее всего нет. Но нечто говорит нам о том, что с эмбрионом дело обстоит сложнее. Давайте начистоту: все дело в душе, не правда ли? К сожалению, без использования этого термина в данном вопросе далеко не продвинешься.

Похожесть эмбриона на человека и самостоятельные спорадические движения, которые он совершает, находясь в теле матки, для приверженцев лагеря душе-спасителей, означает только одно: ОНА у него есть!

Если вы противник абортов, то должны признать, что при упоминании этого слова в вашем воображении возникает определенная картинка и скорее всего это плод, уютно свернувшийся в утробе матери, очень милый, с закрытыми глазками, безропотно ждущий своей участи. Вы также должны признать и то, что скорее всего, подобную картинку вы видели где-то в интернете или по телевизору. Я говорю вам это как отец, который был рядом с моей женой на всех этапах беременности, а также присутствовал при родах. В том, как все это выглядит нет ничего милого и скорее напоминает кадры из фильма "Чужие". Количество боли, испытываемое женщиной при родах таково, что в конце ей уже все равно что, как, и в каком виде "оттуда" вылезет, лишь бы это случилось поскорее. При этом боль, испытываемая самим плодом, по-видимому, ничуть не слабее.

Я, так же как и вы, очень люблю своего ребенка, но должен заметить, что то, что из него в итоге получится, очень мало связано с тем, что именно выходит из утробы матери и зависит практически исключительно от того, как вы будете его растить и воспитывать.

Но вернемся к душе: мы не знаем, что это такое и не хотели бы в данной статье обсуждать сей трудный вопрос, однако мы вынуждены этот термин использовать, предполагая (правда, без каких-либо на то оснований), что все люди хотя бы приблизительно понимают, о чем идет речь. Люди склонны одухотворять тех, к кому они привязаны и это вполне могут быть другие животные. Мы на каком-то подсознательном уровне знаем, что у нашей собаки есть душа, хотя и не можем это объяснить словами. Это может быть хомячок, рыбка, попугайчик, кошка, морская свинка, геккон и так далее. Немного пожив рядом с нами, эти создания автоматически получают от нас статус обладателя души, даже вне зависимости от того, что иногда они являются насекомыми. Заметим, что все, вышеперечисленное с удовольствием едят в Китае, что, по-видимому, и является причиной того, что там нет никаких проблем с абортами.

Итак, любые дискуссии относительно вреда или пользы прерывания беременности сводятся к вопросу о том, есть ли у эмбриона душа или нет, а если она в нем есть, то в какой именно момент она у него появляется. Ведь если нет души, то вопрос снимается автоматически, так как мы без зазрения совести стрижем ногти и волосы несмотря на то, что они, так же, как и плод в утробе непрерывно растут, а иногда даже совершают самостоятельные движения (например, встают дыбом).

Заметим, что четких границ между периодами беременности не существует. Процесс этот плавный и у человека занимает около девяти месяцев. Исключением на приведенной выше шкале является этап под номером 0. Именно в этот момент происходит слияние сперматозоида с яйцеклеткой, в результате которого образуется зигота – самая первая стадия развития многоклеточного организма. Это именно тот акт, во время которого зарождается будущий ребенок. Но чем же зигота отличается от яйцеклетки, что в ней такого особенного, что переводит её с уровня одной из клеток тела матери к статусу человека, ведь единственное отличие зиготы от яйцеклетки состоит в том, что после оплодотворения хромосомы последней состоят наполовину из хромосом матери, а на другую половину из хромосом отца.

Тут мы вынуждены вспомнить о существовании такого явления, как партеногенез, при котором детеныш рождается из неоплодотворенной яйцеклетки, то есть, вообще без мужского участия. Несмотря на отсутствие самца, партеногенез — это полноценное половое размножение, так как зародыш образуется из яйцеклетки, являющейся половой клеткой. Недостаток данного аргумента в том, что партеногенез, за исключением редких случаев непорочного зачатия, не встречается у людей.

Неизбежное возражение в данном случае будет звучать примерно так: "Естественно, ведь у ящериц нет души!". Нам доводилось иметь дело с ящерицами и некоторые из них вели себя настолько осмысленно (особенно при наличии потомства), что невольно вставал вопрос о наличии у них ну хотя бы совсем маленькой душонки. В то же самое время отдельные представители рода человеческого определенно не дотягивают до этих ящериц, что наводит на мысль об отсутствии у них последней или потере её в ходе какой-то серьезной душевной болезни.

Но вернемся к беременным людям. С какого же момента называть этот слизистый шарик, плавающий в утробе женщины "Бэби"? Как мы уже говорили, этап "0" – это единственный момент беременности, когда можно провести четкую границу между "до" и "после". Дальше идет медленный и плавный процесс созревания без резких одномоментных преобразований, при которых как-то принципиально меняется сущность зародыша. В какой же именно момент у будущего ребенка появляется "душа", в уничтожении которой уличают бедных матерей противники абортов?

Можно бесконечно долго бегать взглядом по приведенной выше схеме, пытаясь подметить визуальные признаки появления души, но это довольно бессмысленное занятие, так как никто не сможет толком объяснить, чего же он, собственно, ищет. Поиск души – это намного более сложная задача, чем поиск черной кошки в темной комнате, так как в последнем случае мы хотя бы знаем, что такое кошка.

Если говорить об аборте с технической точки зрения, то очевидно, что сложность этой операции и потенциальный риск здоровью женщины зависит главным образом от срока беременности, на котором она прерывается, равно как и методами с помощью которых делается аборт. Аборты, производимые квалифицированными врачами в стационарных медицинских учреждениях, являются одной из самых безопасных медицинских практик. В тоже самое время кустарные аборты, совершаемые самими женщинами или при помощи неквалифицированного персонала без соблюдения надлежащих условий стерильности в сотни раз более опасны. А ведь именно к такому виду прерывания беременности вынуждены прибегать женщины в странах, где аборты запрещены законом.

Я ни в коем случае не возьмусь давать какие-либо моральные оценки незнакомой мне женщине, которая в результате тех или иных обстоятельств пришла к выводу о том, что ей необходимо сделать аборт. Однако я с полной уверенностью могу утверждать, что те, кто заявляет о том, что её беременность, какова бы ни была ее причина, входит в планы древнего месопотамского божка и на этом основании является неким священным деянием, прерывать которое аморально и грешно – это злобные идиоты, заинтересованные лишь в соблюдении своих религиозных культов, в жертву которым они готовы приносить судьбы и жизни миллионов невинных людей.

У этой проблемы есть и другая сторона. Дело в том, что за редкими исключениями, практически все случаи смертности от абортов приходятся на развивающиеся страны. Это именно те страны, в которых аборты запрещены по религиозным соображениям. Это так же те страны, в которых подрастающему поколению особенно тяжело получить образование и как-то выбиться в люди. И это те страны, в которых несчастные матери вынуждены рожать детей, обрекая их на прозябание в бедности и/или необходимость присоединяться к криминальным группировкам для того, чтобы хоть как-то выжить.

Низкий уровень образования, доминирование в сознании людей бесформенных мифов, обращенных к безликому небожителю, поиск ответов на моральные вопросы в книжках, написанных древними невеждами – вот на что толкает человечество церковь и запрет абортов – это лишь одно из проявлений её тлетворного влияния на свободу воли и мысли. Однако мы не будем углубляться здесь в религиозный аспект проблемы абортов, ибо люди, руководствующиеся в своих мыслях и поступках не разумом и знаниями, а святыми псалмами, вряд ли будут читать эту статью.

Вместо этого мы обратимся к людям все еще способным прислушиваться к голосу здравого смысла и зададим им довольно простой вопрос о том, должна ли женщина иметь право распоряжаться своим собственным животом вместе со всем его содержимым или нет? Правда, в свете указанных выше обстоятельств, нам придется несколько усложнить этот вопрос, переформулировав его следующим образом: есть ли у плода душа и если да, то должна ли мать быть её заложницей?

Еще раз напомним, что мы не знаем, что такое душа и, соответственно, мало представляем, что именно нужно искать в теле зародыша. Кстати, вы тоже этого не знаете, даже если это слово и вызывает в вашем сознании какие-то смутные ассоциации.

Для того, чтобы определить то, сколько смысла заложено в приведенной ниже картинке, нам необходимо обратиться к физиологии.

Возможное одухотворение яйцеклетки

Рисунок 2: возможное одухотворение яйцеклетки

Итак, что же именно происходит при зачатии? В яйцеклетке, женской половой клетке, в общем и целом, заложена вся информация, необходимая для развития плода и как мы видели в случае партеногенеза, она одна может дать начало совершенно полноценному потомству. Зачем тогда нужно оплодотворение (зачатие), если все может в принципе сработать и без него? Из того, что мы знаем о половом размножении, кажется вполне очевидным то, что оно необходимо для того, чтобы дать потомству шанс отличаться от родителей, заключив в себе в перемешанном виде признаки их обоих (генетическая рекомбинация). Именно это обстоятельство, а также то, что процесс зачатия потенциально связан с большим количеством мутаций, имеет важнейшее эволюционное значение.

Как бы там ни было, зачатие на поверку является не чем иным, как слиянием женского и мужского набора хромосом (XX + XY) внутри яйцеклетки после проникновения в неё сперматозоида, которое запускает дальнейшие процессы онтогенеза.

Упрощенная схема появдения души во время полового размножения

Рисунок 3: половое размножение

Еще раз напомним вопрос, на который мы пытаемся здесь ответить: в какой момент из бездушных половых клеток появляется нечто, обладающее душой и как определить её наличие у плода.

На рисунке 3 представлена крайне упрощенная схема слияния половых клеток. На самом деле она гораздо сложнее и состоит из большого числа специализированных этапов. Существует множество ресурсов, включая школьный учебник биологии, с помощью которых можно при желании сколь угодно глубоко погружаться в детали данного явления. Однако, чем выше мы будем делать разрешение нашего инструмента познания, тем меньше шансов останется у нас для того, чтобы проступающие перед нами детали напомнили нам нечто столь неопределенное, как душа.

В этом и состоит конфликт между наукой и религией. Наука не в состоянии найти подтверждение тому, на чем последняя так безапелляционно настаивает. Это в принципе не удивительно, учитывая тот факт, что все основные религии закладывались в те времена, когда науки еще просто не существовало и миром безраздельно правило суеверие. Давайте представим себе ситуацию, когда древние люди пытаются понять, по какой причине летает самолет. У них, скорее всего, получится разобрать его на мельчайшие детали, но сколь долго бы они их не разглядывали, без представлений о аэродинамике это им мало поможет. Нетрудно догадаться, что вывод, к которому они в итоге придут будет включать в себя некую невидимую, невесомую, всепроникающую субстанцию, способную божественным образом поднимать предметы над землей и переносить их по воздуху. Душа самолета будет для них таким же бесспорным фактом, как для нас подъемная сила и тяга двигателя.

Таким образом наша главная проблема состоит не в том, чтобы понять, когда и как у зародыша появляется душа, а в установлении некоего осязаемого признака её появления, который мы могли бы как-то зарегистрировать. В противном случае душа так и останется всего лишь одним из бесформенных мифов с бородой, тянущейся к тем временам, когда люди считали, что ветер вызывается раскачиванием деревьев.

Другая проблема состоит в том, что появление искомой нами души должно якобы происходить в результате взаимодействия двух бездушных субстанций – сперматозоида и яйцеклетки. Знание простейших основ математики говорит о том, что ноль плюс ноль никак не может равняться единице и этот очевидный парадокс возводит непреодолимый логический барьер на нашем пути к обнаружению души.

С этого момента вопрос о том, как вести себя дальше, перестает иметь какое-либо отношение к разуму. Никакие познания или дедуктивные способности нам больше не помогут, ибо 0 + 0 не равно 1, как бы мы не напрягали наше воображение, пытаясь представить некое выдающееся исключение из этого правила. Исключений тут просто нет.

Еще раз напомним для тех, кто решил, что мы сбились с пути, что церковь утверждает то, что душа появляется именно в момент зачатия, а стало быть, что 0 + 0 = 1.

Единственный способ что-то противопоставить этой простой формуле – это допустить, что у яйцеклетки и сперматозоида душа уже есть. Однако это чудовищное утверждение тут же превратит всех без исключения мужчин в массовых убийц, ибо будет означать, что всего лишь за один сеанс мастурбации каждый из них уничтожает сотни миллионов невинных душ с крошечными хвостиками.

Таким образом, все что нам остается, так это сложить наши тяжелые доспехи мысли в кучу и эдакими голенькими херувимчиками, взяв по свечке в руку, выстроиться в очередь на прием к штатному церковному психотерапевту.

Однако мы не ставим здесь точку, вовсе нет. Мы всего лишь пришли к выводу и при том вполне очевидному, что разум – это совсем не тот инструмент, которым необходимо пользоваться для поиска души. Однако, чем же руководствоваться в решении этой проблемы (как, впрочем, и всех других), если не разумом?

Тут нас наверняка радостно поздравят сотрудники церкви – мы сами додумались до того, что они давно уже пытались до нас донести:

Разумом душу не понять, в неё нужно просто верить!

Однако не спешите ставить на нас крест – мы вовсе еще не сдаемся. Напротив, мы далеки от этого, как никогда.

Да, слово "вера" вызывает во многих людях некоторое непонятное умственное расслабление, как если бы для поступления на факультет математики достаточно было бы просто свято верить в то, что все задачки будут решены.

В религиозном контексте слово вера соответствует довольно размытому обещанию, данному верующим неким обитателем запредельных нашему разуму орбит, и включающему в себя вечную жизнь после смерти при условии, опять таки, наличия устойчивой веры в его непостижимое существование. Довольно запутано, но роль церкви как раз и состоит в разъяснении сего щекотливого момента.

Однако, на наш, девственно материалистический взгляд, совершенно непонятно, зачем все так сильно усложнять. Слово "вера" – это вполне нормальное слово, которое является весьма полезным во многих жизненных ситуациях, особенно, если использовать его в совокупности со словом "доверие". Я могу верить, что моя кошка сидит в соседней комнате и не особенно переживать на тему того ошибаюсь ли я или нет, так как в любой момент могу пойти и проверить. Я могу верить президенту, если он и его партия достаточно досконально промыли мне мозги, но опять же все их заявления можно при желании проверить. В тоже самое время, когда убийца утверждает на суде, что он не виноват, его утверждения должно подтвердить или опровергнуть следствие. Другими словами, всегда, когда в обыденной жизни встает вопрос веры, автоматически поднимается вопрос о том, насколько высока вероятность того, во что ты собираешься верить в данном случае. Или, попросту говоря, насколько этому можно доверять.

Принцип доверия кажется вполне логичным и должен бы был, по идее, являться универсальным, но по какой-то малопонятной причине, он совершенно не применим к религии. У любого, способного логически мыслить человека, вера в то, что никак нельзя проверить вызовет большие сомнения и большинство верующих именно к таким людям и относятся. Однако, существует причина, по которой в тот самый момент, когда они обращаются мысленным взором к, скажем, ветхому завету, вся их логика и здравый смысл улетучиваются без следа.

Нас всегда удивляло это обстоятельство, и мы неоднократно сами заглядывали в святые писания, чтобы понять, что же там есть такого, ради чего стоит прекратить думать. Мы потратили немало времени, пытаясь поймать этого скрытного зверя за хвост, но потерпели полное фиаско. Создается впечатление, что подавляющее большинство верующих людей библию просто не читали или читали очень выборочно, руководимые в своем чтении церковными логопедами.

Мы даже перевели часть текстов на нормальный, человеческий язык. Отрывки можно почитать здесь: ссылка на мой перевод библии. Читая сии тексты в их, так сказать, голом, раздетом виде, поражаешься примитивной жестокости и безграничной наивности, которыми они наполнены. Что именно может вызывать в них высокие чувства, тем паче желание вставать на колени и бормотать бессвязные речитативы, осталось для нас нерешенной логической задачей.

Совершенно очевидно, что логика в решении этого вопроса не поможет, так же, как и здравый смысл. Другими словами, для того чтобы искать душу, нужно потуже завязать глаза, поглубже заткнуть уши и полностью отключить мозги. Это именно то агрегатное состояние, которое необходимо принимать на входе в храм божий, даже если входишь туда мысленно. Там внутри, когда ты пытаешься думать не головой, а полым фиброзно-мышечным органом (сердцем), поистине все возможно, в том числе и чудеса, описанные в библейских бестселлерах.

В таком аморфном виде впечатлительное и хронически жаждущее чуда сознание человека представляет из себя превосходный строительный материал для поджидающих их внутри скульпторов веры. Лепка начинается с детства и к зрелому возрасту при (не)благоприятном стечении обстоятельств, из дверей храма выходит восторженный и совершенно искренний поклонник данной версии сказки про главного начальника. При этом не важно в какой именно храм попал человек. Выбор ближайших дверей делают за него жизненные обстоятельства. Но куда бы он ни попал, через довольно короткое время он будет совершенно уверен, что войти в другие двери он не мог бы никогда и ни при каких обстоятельствах.

Впоследствии, подавляющее большинство выпускников этих академий абсолютной уверенности в абсолютной правоте, искренне верят в то, что картина мира, полученная ими на выходе, является единственно правильной, единственно стоящей, единственно разумной и, вообще, единственной. Эти счастливчики отыскали свою душу элементарно сняв вопросы о её виде, форме, принципе работы и происхождении. Для них теперь не ясно только одно: каким образом на земле все еще существуют люди, думающие не так как они и некоторые из них посвящают свою дальнейшую жизнь, пытаясь навести в этом порядок, иногда с применением взрывчатки или отрезания голов.

Итак, душу мы не нашли, и что хуже, не смогли даже выяснить, что именно нужно было искать, а, стало быть, так и не поняли, в чем именно заключаются моральные аспекты прерывания беременности. Разубедить же тех, кто уверен, что видит в зиготе душу, мы не в состоянии, так как не в силах понять, что они там видят, а они, в свою очередь не в силах нам это вразумительно объяснить.

Но, может ли так быть, что некоторые противники абортов смотрят на эту проблему вовсе не с религиозной точки зрения? Могут ли у них быть для этого другие, связанные с реальностью причины? Ведь существуют же целые движения противников абортов, как, например, движение pro-life. Давайте посмотрим, от они чего отталкиваются, чем подкрепляют свои взгляды.

Вот на сайте Pro-Life Action League фото на котором, собравшись в кружок, члены этой лиги поют рождественские песенки, держа в руках плакаты с надписями типа "Защитим жизнь!". Но готов ли каждый из этих сердобольных граждан лично взять на себя заботу о каком-либо конкретном ребенке, на рождении которого они так настаивают? Растить его, воспитывать как своего собственного, платить за его образование, следить за его здоровьем? Если организация, членами которой они являются, международная, готовы ли они приютить в своих стенах пару-тройку детишек, скажем из Конго или Сомали? Нет?

Давайте обратим внимание на тот странный факт, что эти люди защищают права не какого-то известного им человека, как скажем Нельсона Манделу или солисток группы Pussy Riot и не группу угнетенных людей в какой-то части света, как например права Уйгуров в Китае, вовсе нет. Вместо этого они озабочены судьбами людей, которые, мягко говоря, еще не существуют. При этом они понятия не имеют ни кто именно, ни где, ни при каких обстоятельствах собирается появиться или не появиться на свет, ни как ужасны могут оказаться условия жизни того, кто вынужден будет на этот свет появиться. И это при нынешнем-то кризисе перенаселенности планеты, в условиях на глазах сгущающейся экологической катастрофы!

И все-таки, какие же у них могут быть доводы в защиту своей позиции? Посмотрим на страничку другого сайта, посвященную перенаселению (prolifeaction.org/fact/overpopulation/). Тут есть забавное утверждение, что все население земли может с комфортом ужиться на территории лишь одного штата Техас и что главная проблема связана вовсе не с количеством населения, а с чрезмерным потреблением ресурсов и что нужно бороться не перенаселением планеты, а с тем, сколько ресурсов это население потребляет. В этом подходе, несомненно, есть логика, однако картина восьми миллиардов человек, живущих в соломенных шалашах на территории штата Техас, выглядит довольно удручающе.

Посмотрим на сайт другой организации, NRLC (National Right to Life, nrlc.org/abortion/wdlb). Тут утверждается, что одноклеточная зигота – это уже индивидуум, так как вскоре превратиться во взрослого человека. На наш взгляд к этому утверждению нужно прибавить и все сперматозоиды, которые точно также могут в один прекрасный день превратиться в замечательного индивидуума и что на этом основании всех мужчин нужно сажать в тюрьму за массовые убийства. Далее идет утверждение о том, что жизнь индивида начинается в момент фертилизации, на что можно резонно возразить, что без эякуляции и овуляции оплодотворения не будет, а стало быть, началом жизни вполне можно считать выброс сперматозоидов из уретры или выход яйцеклетки в маточную трубу.

Не будем забывать, что мы так и не смогли найти каких-либо рациональных доказательств того, что зигота является чем-то более живым и тем более обладающим большим количеством сознания (души), чем сперматозоид или яйцеклетка по отдельности. С другой стороны, совершенно понятно, почему сторонники движения Pro-life вынуждены признавать такое одноклеточное образование, как зигота, индивидуумом. Ведь если бы они назначили какой-то срок, после которого зародыш получал бы статус человека, скажем, после третей недели беременности, то тут же встал бы неизбежный вопрос: а что же именно произошло в этот момент? Чем принципиально зародыш начала четвертой недели отличается от того же зародыша конца третей? На этот вопрос ответить они бы не смогли. Поэтому, итак же, как и церковь и, несомненно, по той же самой причине, pro-life настаивает на том, что слизистое образование размером с десятую часть миллиметра – это уже полноценный человек, с душой и правом иметь адвоката.

А вот на сайте организации "PRO-LIFE ACTION MINISTRIES", plam.org, с большим черным крестом на главной странице, мы не смогли найти страницы, на которой члены данной организации потрудились бы как-то четко сформулировать свою точку зрения.

Идем дальше, берем сайт Pro Life Europe (prolifeeurope.org). Вот что они пишут:

Biology has established several criteria by which it determines the existence of life. If you have all the characteristics or at least most of them, you have a living being in front of you. But what constitutes a living being? In our throw-away culture we sleepwalk from one day to the next and watch inactively how our common home – the earth – is destroyed. Where did we take the wrong turn?

Люди, писавшие это, весьма далеки от биологии. Жизнь как понятие вовсе не сводится к "living being in front of you" и критерии, по которым определяется её наличие в основном относятся к биохимии.

Слоган же этой организации "Life is life from conception until natural death. No exceptions.". Опять, как и во всех предыдущих случаях, по мнению этой организации, стопроцентно поддерживаемому церковью, мертвые сперматозоиды и мертвые яйцеклетки дают начало "живой" зиготе.

Почему до сих пор не создана организация по защите прав сперматозоидов? Ведь, как мы выяснили, ни сперматозоид, ни яйцеклетка не несут в себе никакой "искры жизни" и "чудо", происходящее при зачатии, сводится к обмену генетический информацией. Они такие же живые сами по себе, как и образующаяся после их слияния зигота. К сожалению, ни на одном из сайтов многочисленных pro-life организаций мы не нашли вразумительного ответа на этот вопрос. И, если честно, то ни одна из этих организаций такого вопроса, собственно, и не ставит. Кроме однотипных лозунгов их объединяет то, что все они активно собирают пожертвования. Куда идут эти деньги непонятно, так как ни одна из организаций не высказывает намерения непосредственно усыновлять или удочерять "спасенных" ею детей.

Таким образом, очевидно, что запрет на аборты редко бывает связан с доводами, диктуемыми разумом, и является по сути своей чисто эмоциональной проблемой, подкрепленной лишь религиозными доводами. Решить такую проблему нужно повышением уровня образования и понижением в обществе градуса религиозной парадигмы.

В заключении попробуем представить себе ситуацию, когда мать вынуждают рожать против её желания, в страхе, что в противном случае её ждет суровое наказание. Хорошо ли будет идти по жизни ребенку, которого не хотели, который, скорее всего, будет лишен материнской любви, ласки и заботы? Которому не смогут или просто не захотят дать хорошее образование, и взгляды которого будут в основном определяться его отсутствием? Каким он вырастет, в кого он превратиться?